— Так что ты «стреляешь» таблетками совершенно вслепую, наугад, не имея даже смутного представления, где находится цель? — покачала я головой.

— Н-да, как справедливо изрекла сегодня народная мудрость устами Ганса Всепомнящего: «Мало целиться — надо попасть…»

— Ну, при таком методе бедный Томас успеет состариться, так и не вспомнив, где родился и провел детство.

— Ты рано падаешь духом. Попробуем гипноз.

— А в нем ты уверен? Вдруг получится так же мало проку. Жалко, очень хочется помочь бедному Томасу. Он такой одинокий и неухоженный.

Похоже, неудачи подействовали даже на Мориса, потому что он ответил без привычной самоуверенности:

— Конечно, полной гарантии нет. Но удавалось делать любопытные вещи — гипнозом я владею неплохо.

Он посмотрел на меня с тем внимательно-отсутствующим взглядом, который всегда мне не нравится, потому что я начинаю сразу чувствовать себя каким-то подопытным кроликом, и вдруг спросил:

— Ты сегодня пешком ходила на рынок, не на машине ездила?

— Пешком. А что такое?

— Сколько столбов с уличными фонарями попалось тебе по дороге?

— Вот уж не считала.

— Знаешь! — настаивал он. — Ты все их пересчитала, только не можешь вспомнить. А хочешь, я тебе помогу?

— Каким образом?

— Усыплю тебя, и ты прекрасно вспомнишь, сколько именно столбов насчитала.

— Морис! Ведь мы договорились! — Я отодвинулась от него подальше и даже закрылась ладонью. — Ты же обещал, что никогда не станешь меня гипнотизировать и вообще не будешь проделывать надо мной никаких опытов. Только с таким условием я вышла за тебя замуж, забыл!

— Не беспокойся, твои прежние увлечения меня не интересуют, я хочу жить спокойно, — засмеялся Морис. — А поскольку вся информация, какую мы воспринимаем, оставляет в нас неизгладимый след, то лучший способ сохранить покой — это неведение.